relbat

 Журнал намбер ту Владимира Таблера.
Rогда я раскручу этот блог, с моего основного блога вся реклама будет выведена. Возможно, что тот блог будет оставлен только в качестве мемориального комплекса. Ибо того таблера больше нет.
 Правил , для посетителей в этом блоге, как и в других моих блогах нет никаких. Пусть каждый будет счастлив на свой манер, как сказал  прусский император Ф. Великий.

The Beatles, Rolling Stones, Deep Purple, Led Zeppelin, Creedence… Мы выводили эти названия на линейках, в тетрадках. Мы шли разгружать вагоны, чтобы купить ДИСК. Перефотографировали плакаты. И сердце сладко замирало, когда в проявителе в цвете краного фонаря проявлялась бесцветная всклокоченная башка.
Качественно записать диск на магнитофон стоило трешку, а я страшно гордился тем, что для меня это было бесплатно. Записали, прибежал домой. Покывярял свой звуковой дивайс «Дайна». Чуня, ты помнишь «Дайну»?
- А то! Перед вами самый неубиваемый магнитофон в мире «Дайна»! Насладитесь современностью его оформления, заключайщейся в том, что нет никакого оформления. Все крышки, сняты, пружины лопнули, подшипники полетели. Крышка головки прижимается тонкой механической системой растяжек и противовесов, главным из которых является гантеля на полтора килограммая. Спешите видеть. Ловким покручиванием винта, лентопроятяжный механизм подстраивается на оптимальное звучание записи. Ин ту зе файя!
- Вот гитары по семь рублей были фуфло. Хороши были по девять. Толстые. Железки эти между ладами пройдешь, пообточишь, ключиком поработаешь, глядишь – и расстояние ничего уже. И даже настроить можно. Приблизительно. Ну да ниче, не бахов играть собрались.
- Ага. Рок сюита «А не хочу я, мама, во Вьетнам»
- А не хочу я, мама во Вьетнам,
а не хочу я мама во Вьетнам,
а не хочу я , мама во Вьетнам,
а какого делать там!

Зарою, мама, в землю самолет...
Ну, много и на русском пели. Говорят, что некрасиво...
Эх... Звукосниматели из телефонных наушников. Вместо барабана – коробка от настольного футбола, тарелки- абажур настольной лампы. Уан, ту, сри... Зера уос он зе джюлай монинг... Усилитель – таже «Дайна». .. В ВЭФе – радио «Люксембурга», Бибиси на шестнадцати метрах. На шестнадцати метрах не глушили. Дорогой Вася из Балашихи, по твоей просьбе передаем песню группы «Трехсобачья ночь» «Арена». Трам-та-та-тата-тта-там... Еще, конечно, были «Айдасы», «Кометы».
- Днипро – здоровая такая дура.
- Пленка – тип шесть. Клеили-переклеивали...
- Брешешь, Таблер. Звукосниматели уже были. Теже гитары по семь рублей с адаптером стоили семнадцать.
-Или семнадцать пятьдесят?.. А толстые – по двадцать одному, ага, точно. А помнишь Колька Жила по-английски пел Шокин Блю? Ну, мы в тетрадке нашли его тексты. Русскими буквами записанные.
- Помню. Еще бы. Иф ю фияу, ав ю фаяу. Тёт шиз гаре... А Дунька ему гововрит: «Не выучишь басА до завтра, я на танцы играть вместо тебя Фару возьму».
- Хорошо было Блэкмору на суперских гитарах играть. А Дунька весь Машин Хед на этих дребезжалках выдавал. Все партии. Даже за Лорда.
- Пропал Дунька куда-то. Спился, говорят.
- Кактус все время работает. Семья, дети, сам, скотина.
- А вот Фара взял и пробился. Лидер группы «Рондо». Ну, вообще-то я его только через Дуньку знал... Гооврят, он Назерету один концерт сорвал. Они у них разогревающей группой были. А после концерта потащили назаретов в баньку, опоили холодным пивом. У Маккаферти и так голос еле-еле, а тут ваще сдох. Пришлось концерт отменять. Знал ли Фара в босоногой юности, мог ли представить, что будет с Назаретом пиво хлестать после баньки...
- А Жила интересно жив еще? Он же как сел, так и не выходил.
- Да нет, выходил периодически. Чтобы опять подсесть.
- Вот одной советской песни не нахожу нигде. «И не то, чтобы да. И не то, чтобы нет...»
- И битлы никогда не сойдутся.
- Да что битлы. Уже и мы никогда не сойдемся...
- Вай ши хэд ту гоу ай донт ноу ши вуднт сэй...

У коллег-конкурентов надысь имел место быть несчастный случай. Не страшный. Лестница, прислоненная к стене, поехала. Работничег, стоявший на ней, плавно вместе с ней приземлился и заработал перелом мизинца ноги ( Read more... )

Архимед: Эврика! Дайте мне точку опоры, а не то я засуну тело в ванну, чтоб сила выпертой воды тянуло тело из туды.
Декарт: А мне дайте точку отсчета. Я построю систему, координат, а точку отдам этому дауну, чтобы он перевернул, что хочет.
Лобачевский: Говно твоя система. И дурака Эвклида не лучше.
Некто с седыми патлами: Все относительно, ващета (показывает Декарту язык)
Орфей: Не Эврика, а Эвридика, кстати...
Поэт: Скажи-ка, дядя, ведь недаром,
когда не в шутку занемог...
Человек с бородкой ( лезет под кровать, кричит оттуда): Товагищи, кто укгал мою кепчонку? Мне ского выступать с бгоневика, а что я буду дегжать в гуках?
Китаец, похожий на умного китайца: Трудно искать черную кепку в темноте под кроватью. Особенно, если ее там нет.
Оказавшийся Лениным: Это, навегное, пгоститутка Тгоцкий.
Человек с усами и трубкой: Ниичиво, Вааладымир Илич. Скора ми раазбиремся с ним. Ньэт чиилавека - ньэт прааблемы.
Ленин из-под кровати: Навегное, Наденька куда-то убгала. Наденька!
Входит сестра.
Поэт: Я вновь повсчтречался с надеждой.
Сестра: Кто звал-то, ироды?
Ленин, вылезая: Наденька, ты не видела моей кепки?
Сестра: Кепку ему... А кто ночью опять Разлив устроил?
Ленин: Это Агхимед. Он откгывал свой закон.
Поэт: Пахнет водою на острове... Чуня, а кто из нас сбрендил — я или ты?
Чуня в голове у поэта: Чуня, Чуня. Послал мне бог подарочек. Досочинялся, падла. Допсиховался. Я ж так и знал, что этим кончится... Сестра, а писем не было?
Сестра уходит. Дверь закрывается
Умный китаец: Есть ведомое, а есть неведомое. А между ними двери.

Самый старый у нас на работе Сашка Непочатых. Он злится, когда его фамилию склоняют по-литовски. Он говорит, что на литовском его фамилия не склоняется. Дело в том, что в литовском дательном падеже существительное мужского рода имеет окончание -уй или -юй. Добавьте к фамилии Непочатых первое из этих окончаний, которое как раз и полагается ей иметь, и вы поймете причину его неудовольствия. Например, "Командировчное удостворение. Выдано товарищу Непочатых**..."
В любое время суток в его организме не меньше четырех промилле известного всем вещества.Сколько на самом деле, неизвестно, потому что алькотестер нашего шефа больше четырех не показывает. При этом наш объект чаще всего в здравом уме, руководит работами, принимает решения. А уж в денежных делах его не объедешь даже когда он уже принял все наркомовские нормы истребительной эскадрильи. Машину он не водит. Работает хорошо. Поэтому шеф плюнул на него (хотя иногда возобновляет попытки воздействия). Этиловый алкоголь нужен Александру, как листья коки боливийскому индейцу. Это продукт необходимый для его метоболизма. Когда он достигает состояния свободного парения, то начинает чихать. Когда-то его рекорд чихов, следующих непрерывно один за другим, равнялся тринадцати. Сейчас он увеличил это достижение в два раза.
Он тощ, бородат и кенотронирован. Кенотрон - это такая бандура, при помоши которой раньше проводили испытания электрооборудования повышенным напряжением. Оно дает (по крайней мере наш давал) напряжение до 100 киловольт. Однажды Александр с напарником испытывали шины в главной подстанции штурмового объекта. Поскольку объект был штурмовым (на носу Новый год, премии, трескотня, раздача баранов и красных революционных шаровар), то в подстанции терлись какие-то отделочники. Из-за уровня штурма (высшая категория, свистать всех наверх,в городе вино и бабы - даю три дня) было не до отправления необходимых формальностей с допусками к работе. На объекте стоял шум, из-за которого дистанционное голосовое общение было проблематичным.
Сашка договорился с напарником, что когда он влезет на лестницу, приготовится (прицепит к шинам крокодилы), то махнет рукой - мол, давай, включай. И вот он на лестницу влез, стал прилаживать контакты (естественно, за них держась). В это время один из отделочных гномиков умудрился зацепить сашкину лестницу и ее покачнуть. Александр удержался, но в нем закипел разум возмущенный, и он, продолжая одной рукой держаться за контакт, наложенный на шину, простыми русскими словами указал гномику направления его дальнейшего движения, сопроводив инструкцию маханьем свободной рукой. Напарник понял, сказал сам себе:" Ага!" и подал напряжение. Сколько там киловольт получил наш подследственный - одному Богу известно. Хорошо, что не прилип. Но с лестницы сверзился. Видимо, стукнулся при падении головной конечностью... Зато после этого у него появился дар. После того, как он входит в состояние левитации, то начинает без всяких ТВ приемников принимать огромное количество телевизионных программ. Правда, проверить изображение и звук, транслируемых в его мозг, представляется затруднительным, поскольку Александр бывает уже не в том состоянии, чтобы заниматься синхронным переводом.

Я понял. Щука сожрала золотую рыбку. И получилось - по щучьему велению.

Любите ли вы котельные так, как люблю их я. Пойдите и умрите в котельной...
- Плачьте дети, - доносится чунин голос с дрожащими модуляциями. - Сейчас он начнет рассказывать про свои электричества и автоматики.
- Что тут еще за голос из помойки?! Изыди, бес!.. Сколько я их нарисовал. Сколько пустил... Сейчас, правда, заказчик пошел не тот. Молодой, тупой и пижонский. Не знает традиций. Раньше была традиция : из трубы котельной дым пошел - заказчик проставляется. Сейчас бывает шампусиком покропят и шабаш. А чаще всего – вообще ничего. Кроме дефектного акта... В Варене вон, помню, - два двухлитровых пузыря самогона полячок выставил. А самогон там – манифик сплошной. Все эти „Джеки Даниельсы“ и „Белые лошадки“ по сравнению с дзукийской самогонкой недостойное пойло. Инсектицид.
-Какой был бой! Сказал Чарнота...
- Помнишь, Чуня, как трубу поднимали. Там заставили высоченную трубу ставить. Пятьдесят метров. Потому как - национальный парк, не хухры-мухры. С двумя кранами. С альпинистами...Когда труба встала в мертвой точке, а альпинист полез гак перецеплять, во адреналина нахватались. Тот залез, перецепить не может...Петька-начальник стал сигаретой спичку, засунутую в рот, прикуривать. Не прикуривается. Он тогда вторую спичку в рот, потом третью. И не понимает ничего...Потом понял. Спичку зажег да и прикурил те, что в рот напихал. Морду подпалил. А сам орет – вале! Ура! Пошла труба...А потом в эту трубу молния втюнькала.
- Убила альпиниста, Петьку, двух крановщиков, директора завода и полячка за грех самогоноварения. Взорвала краны. Труба упала и убила велосипедиста, собаку чинихуя-нихуя и паучка арахну на паутинке, которую он плел четыре недели.
- Чихуа-хуа, вообще-то... И не бреши. Никого не убило. Это же потом было, сильно потом. Уже и котлы работали. Только в одном плохо уровень регулировался. Потому что одно реле уровня барахлило. Я и сидел на котле. Он холодный был. С открытым люком. И у меня из верхнего кармана комбинезона мобильник – бульк в котел.
- Он заранее знал, что ждет его хозяина в конечном итоге. Подумал, вдруг и его с тобой вместе туда отправят. Решил, что лучше уж кипяток, чем расплавленная сера. Оно и экологичнее как-то.
- А вокруг грозы ходят. Гремит. .. А я внимания не обращаю, работаю, увлекся. Вдруг кээк вдарило...Ничего не вижу, не слышу. Только звон.
- Это да. У тебя в башке эхо громкое.
- Выполз на свет божий. Вижу к трубе приваренная полоса заземления отварилась нафиг. И отварившийся конец вибрирует и дымится. Йонас бежит. Технолог. Он мне потом рассказывал, что я был похож на посланца преисподней. Волосы стоят торчком, по ним пробегают искры. Морда черная. И изо рта дым.
- Все погорело, к такой матери. Преобразователь частоты для сетевого насоса, общий контроллер. Какой там ПЛЦ-то стоял? „Симатик“, что ли двухсотый?
- Врешь. Не было в Варене контроллера.
- Точно не было. Но все равно погорел... Часов пять ничего не слышал. Только вечером промыли маленько слух

-Чуня, а давай про тебя роман напишем. Фантастику. "Звездные дороги командора".
- Я не Чуня. Ты тут Релбат, сталбыть, я получаюсь Януч. И говорить я буду не так. торобоан ьтировог удуб Я.
-Удуб-это точно...Да ланна. Сломаешь мозги, челюсти и язык. Так что? Напишем? Навояем?
-Мне название не нравится. И эта, ты ж издеваться будешь.
-Так не все ж тебе надо мной. Ну, хочешь мы там оба будем. Можно еще Орлова до кучи.Будем лететь в безвоздушном пространстве. В анабиозе.
- В анабиозе не хочу.
-Тогда будем лететь и водку трескать. Как раз - на троих.
----------

После института я был направлен на Кедайняйский химзавод. Завод до сих пор занимается тем, что из большого качества всякой гадости производит немножко удобрений и большое количество отходов. Удобрения фосфорные. То есть на базе фосфорной кислоты. Фосфорную кислоту получают перемешивая в реакторах апатит с кислотой серной. Серную кислоту получают здесь же. Из серы.
При процессе получения фосфорной кислоты производится много отходов. Это порошкообразная гадость, пропитанная кислотой, называемая фосфогипсом. Некоторое количество фосфогипса шло (сейчас не знаю, идет ли куда) на производственные нужды Акмянского цементного завода, а остальное отправлялось в отвал. Отвал находился... Вернее, находится. Потому что никуда он не делся. Куда уж денешь — эти альпийские горы , эти аппалачи дерьма, хорошести и замечательности. Отвал, натюрлих, сооружение анжанерной конструкции. Под ним куча перемежающихся слоев глины, извести и чего-то там еще. Должны были быть слои полиэтиленовой пленки. Но пленку (вернее, деньги, предназначенные на закупку пленки и работы по ее укладке) умыкнули. Потому как и так сойдет. ( Read more... )

На реке было хорошо. Просто хорошо. И ничего не хотелось. В голове возникающая мысль не напрягала, не тревожила, плавно перетекала в другую...Время - как река. Дико оригинальная мысль. А какой бы ни была. Что ты не имеешь права думать, о чем угодно? Ты же как будто оправдываешься перед каким-то посторонним слушателем. Да, как время. Течет, сносит круги от брошенного камня, от плеснувшей рыбы. Несет в себе мусор и щепки событий. И ничего оно не объясняет и не расставялет по своим местам. Время все расставит по своим местам? Брехня. А я сижу вне времени, откинувшись на теплый песок обрыва, может быть я бог? Гляжу себе на бликующую воду, щурюсь, курю. И меня никак не волнует течение реки, течение времени...
Нелирическое отступление. Мне было лет двадцать пять, и я был очень мудрым. Абсолютно мудрым я был лет в тринадцать, потом постепенно стал глупеть и к своим полста годам вполне окончательно понял, что ничего ни в устройстве мира, ни в людях, ни в тварях, ни в себе самом не понимаю.
Ловил я на донку. Не клевало. И хорошо, что не клевало, Потому что лениться тоже было хорошо. Леска уходила в реку, как лазерный луч. Это была связь бога с глубиной реки, с тем, что находится по ту сторону времени.
Слева рыбачили дед с внуком. Пацаненку было лет пять-шесть. Он был конопат, щербат и говорил «сервяк».
-Насепи мне на крюсек сервяка,-говорил он.
Дед курил, кашлял, злился, что не клюет, то и дело менял насадку, двигал вверх-вниз по леске поплавок. Мальчишка рыбачил серьезно. Он страшно гордился тем, что дед доверил ему настоящую бамбуковую удочку. Забрасывать он не умел, но помощи не просил, путался в леске, пыхтел, нервничал, но потом ему как-то все же удавалось забросить снасть – со страшным плюхом. Он усаживался на песок и, держа удилище двумя руками, сосредоточенно ждал клева.
Успокоился и дед.
Поплавок удочки пацаненка повел себя странно. Редкий случай, когда я по поклевке не смог определить, что за рыба клюет. Какими-то медленными потяжками он стал погружаться под углом в глубину.
-Подсекай!- крикнул дед.
Внук дернул изо всех сил и на берег вылетел... Я сначал не понял.
- Рак!- изумился дед.
Это и вправду был рак. Как он там прицепился одному богу известно, не мне - настощему богу.
- Смесной какой!- пацаненок залился смехом. Это у него получалось так заразительно, что через мгновение хохотали уже все трое. –Лак! Ой, не могу...Дед, это такой, как у тебя?
-Что у меня? –спросил дед, сразу перестав смеяться.
-Ну, у тебя. Мама всера папе говолила, что у тебя лак. Когда она тебя в больнису таскала, у тебя насли. Она так плакала сего-то.
- Вон чего,-сказал дед.- А мне сказала, что гастрит.
Он еще улыбался по инерции, а я смотрел на него и тоже улыбался ему, как дурак.
- Вот так,-сказал дед.-Рыбаки ловили рыбу...
А река текла. И время текло.

I
Сын пьяницы Клавки, Вовка по кличке Хрюня был вором веселым и благородным.
Зубаст был, улыбчив. Мелких не обижал. Вора в законе не корчил, возвыситься не норовил.
Украл –поймали-подсел в колонию. Все легко. Из колонии даст деру. Его ловят.
А он – с балкона на балкон, вниз. И был таков.
Из рогатки стрелял – опупеть, изоляторы на столбах с пятидесяти метров сбивал первым камнем.
Как-то Самуил Яковлевич, учитель по рисованию и завуч по внеклассной работе над ним поиздевался. У Вовки как раз законопослушательская ремиссия образовалась, и он ходил в школу, как правильный пионэр. Даже галстук носил. Дал им Самуил однажды волю в выборе темы для классного рисунка. А Вовка – художник, танки у него как живые получались. И самолеты немецкие «лапотники» клево выходили. Он такой бой изобразил – ой, помру от красотищи. Только бой он изобразил городской. А в городе том нарисовал и Эйфелеву башню и статую Свободы, и Спасскую башню заодно.( Read more... )

Президент САШ Барак Обама в детстве много баловался. И поэтому родители часто закрывали его в клеточку. Барак не взлюбил клеточки, и когда добаловался до президенства, повелел открыть клеточки на базе Гуантанамо.



-Алё.Дорогая, это ты? Когда ты приезжаешь?..Нет, никаких женщин. Да, дома порядок. Я только немножко пивка попил. ( Read more... )

Ничего не случилось. Ничего. Просто музыка. Какие-то звуки. Золоченая дудка. Фоно. Бонги. Это джаз, моя дорогая, это блюз. Блю-юз. Заклиненное в синеве. Сердце заклинено в кристалле медного купороса. Потому что — яд. Дешевая безделушка из яда. Зе шэдоу оф ё смайл, уэн ю а ран. Синий фонарный свет. Сакс-баритон, маленький дракон из потускневшего золота. Он пьет душу из музыканта. А пускает в него отраву, жилы на висках вздуты и черны, не кровь в них — мазут. Как у меня в душе. Ты земля стала твердью пустой. Рана в сердце, седею. Тогда, помнишь, шли с катка.Ты не помнишь, у твоей памяти нет моих глаз. Это я видел руку в варежке у твоего рта,фиолетовый пар изо рта, глаз по касательной просвеченный фонарем.А ты, пианист, зачем ты суешь пальцы в зубы этому трехногому мизераблю? Что за тесто ты месишь? Мимо нот. Ты специально мажешь, чтобы диссонансным промахом не сразу убить, а измучать.И мы на мосту посреди весны. Ветер сразу со всех сторон. И от реки — винтом вверх. Он раздувает полы твоего пальто и бросает твои волосы на щеки, они текут по ним, как золотая вода. Сосульки летели с крыш и взрывались хрустальными пулями. Добрый Бог курил и пускал облака.Сердце- кукушонок неумелый- тяжко заворочался в гнезде.Или как тогда с Витькой и Гинтасом шли по улице, пиная пустую банку.Далекое соло сакса. Звучит ли? Вообразил? В горле образовался шершавящий абразив.Мелодию-самозванку дослушать не тороплюсь. Пинаю пустую банку -пусть бонги подкрасят блюз. Мотив, чей ты голос выткал Из блюзовой размазни? Дружки мои - Гинтас, Витька ль — окликнули: »Отпасни!» Но зря озираюсь. Глупость. Их нет ни в одном из мест. Их взяли суглинок, супесь и круговорот веществ. А блюз, ты пищаньем куцым не скроешь простую суть.Мне есть обо что споткнуться, но некому отпаснуть. Давай-ка погнись от песни, злаченый ручной удав.Когда-то мы будем вместе. Я знаю, что в этом прав! А в небе лилово-мокром - ужель они оба там -друзья банку с летним громом пинают по облакам. Витька вынес из дома стул, поставил его перед подъездом, сел на него и умер. Так его и нашли, сидящим на этом стуле. Только голова упала на грудь. Как Гинтас — не знаю. Но когда я был у него последний раз, то уже почувствовал присутствие рядом этой безносой суки. От только что вышел из диспансера. Его зашили. В духовке газовой плиты у него дома жила ручная крыса. А в кастрюле с протухшим супом на балконе кишели опарыши. Гинтас шутил и смеялся, но смотрел сквозь.А музыка все играет.А смерть все снится, снится. И это такой, кайф, мама. Такая свобода — летишь, плывешь, сквозь шелк, пузыри, дым и языки растворяющихся пигментов к Ориону и Конской голове, легко и свободно, к сиянию, к Господу моему.Помилуй мя, Господи. Или не меня.Не надо меня миловать, родной.Бедный Боже, ты устал. Ты держишь этот хренов элипсоид вращения в своих руках, пот вытереть некогда. А эти прямоходящие, с зачатками разума, все взывают к тебе, молят.Они думают, что вера - это концерт по заявкам.Хлопнем,тетка по стакану.Джон Манишка...
Заткнись!!!
И капли из крана на кухне кап-кап...

Это кто тут хулиганит?! Кто сеточку мою рвет?! Перламутровенькую? Думаете легко ее вот такую плести? Из задницы вытягивать? Гады! Гады какие! Гады..( Read more... )

А вообщем-то, несмотря на то, что над миром стоит созвездие Прекрасной Маркизы...идет нормальная вечная жизнь (с)( О. Куваев - не масянин папа, другой)
Стрижики улетели. Лету амбец. А там отопительный сезон не за горами. А в наших латинских америках, маленьких, но гордых, -это такие цены, что....много-много свистков...
Скорей бы доделать здешние дела и умотать по неопределенному азимуту куда-нито.
Хвосту очень хочется отбросить ящерицу.
 Будем оптимистами. Сдохнем во взбитом масле!
 Хрен вам, жители Анчурии. Не будет вам граммофонов.. .
 Ничего тут не будет.
 С первого сентября сигареты подоражают еще на лит минимум. Курить уже не буду.  
А что хотеть живущим после конца света?
  Стишок вот старый тут тисну.

..Потому что осень.
Скажем – не жара.
Потому что восемь
часиков утра

Потому что иго
выходного дня,
а в кармане фига,
а в душе фигня.

Тихо потому что...
Не жилье – а скит.
Потому что мушка
между стекол спит.

Потому что зяблик
скачет у крыльца,
щеки палых яблок
тронула гнильца.

Потому что лето
промотал вразнос.
Вот тебе ответы.
Подождем вопрос.

 

(дубликат старого поста из старого моего журнала)

Папаня в войну, как это и полагалось русскому немцу, сидел. Сначала в трудлагере, а потом уже и в нормальном. Имел свой червонец по 58-статье.
Там в Пермских лагерях и с мамой встретились (имевшей столько же и по той же). Так что спасибо Иосифу Виссарионычу за рожденье моих сестер и меня.
А вот одна родственница, двоюродная тетя Клара Адольфовна Таблер (Новикова),- героическая тетка.
По заданию подполья поступила на службу в гестапо города Павлограда.

тут о ней
http://www.zerkalo-nedeli.com/nn/show/113/8982/

"...Именно в этот момент в жандармерии появился еще один доброволец - немка по национальности Клара Адольфовна Таблер. Майор Экке одобрил порыв фрау Таблер служить великой Германии, но, как опытный гестаповец, поручил провести основательную проверку - как-никак К.А.Таблер родилась и жила в Украине."

Почитайте. Это просто настоящее кино.
<span id="4dd28ba4a559c830fd3134d0560eb835"></span>

 Зарегистрировал блог на Блогуне.  Посты, в которых будет присутствовать реклама, будут идти с тагом "важно". 

4dd28ba4a559c830fd3134d0560eb835

- Вась, а тебе тещу не жалко.
- Жалко, конечно. Где теперь еще такого живца найдешь.

 

- Чуня, я тебе один умный вещь скажу.
- Это вряд ли. Ццц.
- Ты смеешься, как дядя Витя. Это он так цикал. Похоже на стрекот кузнечика...
- Давай-давай. Изреки, что хотел. Или дать тебе двадцать капель и табуретку?
- Мы умираем не мгновенно. Потихонечку. Желания умирают... Знаешь ведь, я уже не люблю конфеты. И не умру за апельсины. Помидоры люблю, но родину за них не продам.
- Тем более, что и родины у тебя нет. Цццц.
- А как насчет водочки? Праздник все-таки. Чуня, врежем по стопесят?
- Да ну. Завтра на работу. В Вильнюс ехать.
- Ну вот. Я же и говорю... Слова стал забывать. Недавно не мог вспомнить простое слово. Ну, это, на «а»...Адьюнкт? Адвизор?..
- Антананариву.
- Не сбивай...Ну это, проверка. Бухгалтерию, к примеру, проверяют. Априори... авторитет...мать.
- Акутагава.
- Да, люблю Акутагаву. Помнишь «Завещание»? А может быть, природа именно потому так прекрасна, что она отражается в моем угасающем взоре. Написал - и руки на себя наложил.
- Козел ты со своим Акутагавой вместе. А слово для тебя подходящее - «аптека». Упаковку пургена в тебя впендюрить, чтобы расхотелось думать. Имел бы занятие...Ты зачем соль в чай сыплешь, чмо? Пить-то вместе будем.
- Ой...Простое же слово. Его такие специальные люди проводят. Ее, то есть, проверку эту. В галстуках. И в черных очках...Что, это тоже не сахар? Сода? Ну все. Это пить нельзя. Апартеид.
- Хренид, балясина! Ты же фильтр у сигареты поджигаешь.
- Аудит. Вспомнил... Вот. Кровля помаленьку сползает. Прошлого нет. Картинка одни. Статичные... Первое воспоминание. Какое у меня первое воспоминание. Напрягся. Наверное, это — мама меня кормила грудью. Она меня долго кормила.
- Ага. Как сивый мерин. Помнит он.
-Представь себе. Один раз только и помню. Они гуляли с отцом на какой-то пирушке. А мне плохо сильно было, видно очень сильный стресс испытал.
-Ну да. Пожрать ты всегда любил.
- Город Березники. Что я помню? Мне четыре года было, когда оттуда уехали... Как ты сказал? Балясина? Я не атлант — балясина... Конгениально, Чуня. Надо будет в стишок вставить...Сегодня вот во сне стишок сочинялся. Думал встану — запишу. Забыл. И уже не вспомню... Оттуда помню печку. Я об нее башку рассадил. Треснулся лбом об угол. Помню воду в Каме. Светло-коричневая такая. Как кофе с молоком. И в ней мальки. Помню петуха в деревне Малютино. Мы там летом отдыхали. И очень неприятно было попадать босыми ногами в куриные какашки... Вообщем память — это так, что-то неопределенное, правды в ней никакой. С будущим тоже все понятно. Нет его... Но на самом-то деле память есть. Что в мозг попало, то уже там навсегда. Только до времени ему надо это все аккуратненько укладывать, архивировать, потому что свободное пространство еще нужно.
- Есть только миг между прошлым и будушим. Открыл Америку. Вумный, как вутка.
- Я не о том... Наличие всех трех времен означает процесс. А нет процесса — и время не нужно. Времени ведь нет как такового. Люди его сами придумали. Чтобы измерять длительность процессов. И вот, когда индивидуй ласты склеивает, все — тогда уже можно ничего не архивировать, организмом не управлять и он выбрасывает одновременно всю информацию, что скопил, вместе с переворотом мира. Нет больше тьмы, потому что смотреть не надо, есть только свет, нет земного тяготения. Все, что скопилось за жизнь — вот оно. И миг этот длится вечность. Времени потому что нет. Вот там-то и находится рай.
- Ну да. С твоим режимом ты это скоро узнаешь эмпирически. И я с тобой паразитом вместе. Две пачки сигарет в день. Нервы. Гиподинамия. Лишний вес.
- Нечего меня жалеть. У меня все прекрасно.
- Да я не тебя жалею, стоерос дубовый. Я себя жале...СОС! Мэйдэй! Господа, с Таблером надо что-то делать. Мне надоело пить соленый чай и томатный сок с сахаром! Недавно утром он вышел, имея в руках пакет с мусором и сумку с лаптопом. Так он же комп выкинул в контейнер. Сел в машину — чего-то килькой воняет. Только тогда допер. Ужас. Лезть пришлось. Тетя мимо проходила — головой покачала, мол, какой ухоженный бомж пошел. И удачливый — вон компьютер в помойке отрыл...